Остановка "Гепатит С"
( Информация о гепатите С, диагностика гепатита С, лечение гепатита С, жизнь с гепатитом С...)

Исчезновение РНК вируса гепатита С через 4 недели терапии - предиктор устойчивого вирусологического ответа у ВИЧ-инфицированных больных хроническим гепатитом С


Luz Martin-Carboneroa, Marina Nuneza, Ana Marinob, Federico Alcocerc, Llucia Bonetd, Javier Garcia-Samaniegoмa, Pilar Lopez-Serranoe, Miguel Corderof, Joseba Portug, Vincent Sorianoa

а Hospital Carlos III, CIBEREHD, Madrid, Spain; b Hospital Arquitecto Marcide, Ferrol, Spain; c Hospital Clinico, Valencia, Spain; d Hospital Son Dureta, Palma de Mallorca, Spain; e Fundacion Hospital de Alcorcon, Madrid, Spain; f Hospital Universitario, Salamanca, Spain; g Hospital Txagorritxu, Vitoria, Spain.

 

Скачать текст в формате .PDF, удобном для печати. (4,6 Mb)

Введение

Низкая исходная концентрация РНК вируса гепатита С (HCV) и раннее исчезновение РНК вируса из плазмы крови через 4 нед. терапии пегилированным интерфероном и рибавирином служат предикторами устойчивого вирусологического ответа (УВО) на терапию и позволяют сократить ее длительность у больных хроническим гепатитом С. Однако, верно ли это для больных с сопутствующей ВИЧ-инфекцией, неясно.

Пациенты и методы

398 ВИЧ-инфицированных больных хроническим гепатитом С, вошедших в исследование PRESCO, получали пэгинтерферон-α2а 180 мг/нед. и рибавирин 1000-1200 мг/сут. Пациенты с HCV генотипов 2 и 3 получали терапию 6-12 мес., а с HCV генотипов 1 и 4 - 12-18 мес. По каждому генотипу мы исследовали прогностическую ценность исходной концентрации РНК HCV в плазме крови и быстрого вирусологического ответа (БВО - снижение уровня РНК HCV до уровня менее 50 МЕ/мл через 4 нед. терапии) как предиктора УВО.

Результаты

УВО достигнут у 193 (49,6 %) больных: у 68 (35,6 %) из 191 пациента с HCV генотипа 1, у 110 (72,4%) из 152 - с HCV генотипов 2 и 3 и у 15 (32,6 %) из 46 - с HCV генотипа 4. БВО был наиболее достоверным предиктором УВО независимо от генотипа вируса. Исходно низкая концентрация РНК вируса (< 500 000 МЕ/мл) была связана с УВО только у больных с HCV генотипа 1. У пациентов с HCV генотипа 3 прогностическая ценность положительного результата БВО в отношении УВО через 24 или 48 нед. терапии составила 90 %. Для больных с HCV генотипов 1 и 4 прогностическая ценность положительного результата составила 69 и 83 % соответственно.

Выводы

Исчезновение вируса из плазмы крови через 4 нед. терапии служит наилучшим предиктором излечения хронического гепатита С на фоне ВИЧ-инфекции. У больных с HCV генотипа 1 исходная концентрация РНК вируса также определяет прогноз. У ВИЧ- инфицированных больных с HCV генотипа 3 и БВО терапию пэгинтерфероном и рибавирином (1000-1200 мг/сут) можно сократить до 24 нед.

Ключевые слова: вирус гепатита С, ВИЧ, динамика вирусной нагрузки, пэгинтерферон, рибавирин.

Сокращения: HCV - вирус гепатита С; БВО - быстрый вирусологический ответ; УВО - устойчивый вирусологический ответ.



Введение

Чтобы снизить риск побочных эффектов и уменьшить затраты на лечение, терапия хронического гепатита С должна быть как можно более короткой.1 Современные руководства по лечению гепатита С рекомендуют терапию пэгинтерфероном и рибавирином в течение 12 мес. у инфицированных вирусом гепатита С (HCV) генотипа 1 или 4 и 6 мес. - при генотипе 2 или З.2 Кроме того, при генотипах 1 и 4 необходимо рассчитывать дозу рибавирина, исходя из массы тела больного, тогда как при генотипах 2 и 3 достаточно стандартной дозы 800 мг/ сут.3

В последние годы были предприняты попытки определять длительность терапии индивидуально для каждого больного в зависимости от раннего ответа на лечение, и в настоящее время большинство экспертов согласны с сокращением сроков терапии хронического гепатита С у больных с быстрым вирусологическим ответом (БВО), под которым понимают исчезновение РНК вируса из плазмы крови через 4 нед. терапии.1 В этом случае для достижения устойчивого вирусологического ответа (УВО) достаточно 24 нед. в случае HCV генотипа 1 или 44-6 и 12-16 нед. - при генотипе 2 или З.7-9

В развитых странах у значительного числа больных хронический гепатит С сочетается с ВИЧ-инфекцией, особенно среди потребителей инъекционных наркотиков.10 Эти пациенты хуже отвечают на терапию, чем больные гепатитом С без ВИЧ-инфекции, причем независимо от генотипа HCV.11-18 Интересно, что у ВИЧ- инфицированных с HCV генотипа 3, получавших монотерапию рибавирином 800 мг/сут в течение 24 нед., отмечалась большая частота рецидивов.19,20 Учитывая высокий риск лекарственных взаимодействий между рибавирином и антиретровирусными препаратами, в большинстве клинических исследований у больных с гепатитом С и ВИЧ-инфекцией, независимо от генотипа HCV, использовали низкую дозу рибавирина. Поэтому большинство руководств рекомендует проводить терапию гепатита С у ВИЧ-инфицированных в течение 12 мес. независимо от генотипа HCV.21,22

Пытаясь уйти от упрощенных жестких схем терапии больных с сочетанной ВИЧ- и HCV-инфекцией, исследователи обратили внимание на роль раннего вирусологического ответа как прогностического фактора. Возможно, что, как и у больных хроническим гепатитом С без ВИЧ-инфекции, у лиц с сочетанной инфекцией при ранней элиминации HCV сроки терапии гепатита С можно сократить.1,4-9

Так ли это, остается неясным, однако эта информация имеет большое значение для определения тактики лечения этой группы больных и позволит упростить принятие решения о досрочной отмене терапии при возникновении побочных эффектов.13,23 В настоящем исследовании оценивали прогностическую ценность исходной концентрации РНК HCV и БВО для развития устойчивого ответа на терапию у больных с сочетанной HCV- и ВИЧ-инфекцией.

Пациенты и методы

Испанское исследование эффективности пэгинтерферона и рибавирина у больных с гепатитом С и ВИЧ- инфекцией - PRESCO (Peginterferon Ribavirin ESpana Coinfection) - многоцентровое (29 центров в Испании) открытое проспективное исследование эффективности и безопасности пэгинтерферона-α2а (Пегасис; Roche, Швейцария) 180 мг/нед. и рибавирина (Копегус; Roche) 1000 мг/сут (при массе тела менее 75 кг) или 1200 мг/ сут (при массе тела более 75 кг) в терапии хронического гепатита С на фоне ВИЧ-инфекции.

Детали исследования описаны в предыдущих публикациях.24 Вкратце: в исследование вошли взрослые ВИЧ-инфицированные больные, у которых в плазме крови определялась РНК HCV и была повышена активность аланинаминотрансферазы, с компенсированным заболеванием печени, не употреблявшие запрещенные наркотические препараты в течение последнего года, с числом лимфоцитов CD4 > 300/мкл, получавшие или не получавшие антиретровирусную терапию.

Лечение прекращали в соответствии с рекомендациями для больных гепатитом С без ВИЧ-инфекции. 2 Если через 12 нед. концентрация РНК HCV снижалась меньше чем на 2 lg, антивирусную терапию считали неэффективной и прекращали лечение. Если спустя 24 нед. в плазме крови больного продолжала выявляться РНК HCV, терапию также расценивали как неэффективную и прекращали. Изначально, мы планировали проводить лечение у больных с HCV генотипов 2 и 3 или 1 и 4 в течение 24 и 48 нед. соответственно, однако в августе 2004 г. в протокол были внесены изменения и сроки терапии увеличены до 48 нед. при генотипах 2 и 3 и до 72 нед. при генотипах 1 и 4 у всех больных, вошедших в исследование после внесения изменений (продленное исследование). Все больные находились под наблюдением в течение 24 нед. после окончания терапии.

Протокол был одобрен местными департаментами здравоохранения и комитетами по медицинской этике. Все больные подписали информированное согласие на участие в исследовании. Исследование проводилось в согласии с Хельсинкской декларацией о правах человека и стандартами проведения клинических исследований - так называемыми принципами надлежащей клинической практики (Good Clinical Practices).

Генотипирование HCV проводили с помощью тест-системы InnoLiPA HCV (Bayer, Испания).

Концентрацию РНК HCV в плазме крови определяли методом количественной полимеразной цепной реакции, нижняя граница чувствительности равнялась 50 МЕ/мл (Cobas Monitor HCV v2.0; Roche, Испания). Концентрацию РНК HCV определяли перед началом терапии, на 4-й и 12-й неделях, а затем каждые 12 нед. вплоть до окончания периода наблюдения после исследования (24 нед.).

О быстрой элиминации HCV говорили, если через 4 нед. терапии концентрация вирусной РНК в плазме крови была неопределяемой (< 50 МЕ/мл).

Ответ на терапию считался устойчивым, если концентрация РНК HCV оставалась неопределяемой спустя 24 нед. после окончания лечения.

Безопасность терапии оценивали спустя 4 и 12 нед., а затем каждые 12 нед. в ходе исследования. При возникновении нейтропении или тромбоцитопении постепенно уменьшали дозы пэгинтерферона-α2а до 135 или 90 мг/нед., а при развитии анемии - дозы рибавирина на 200 мг/сут, но не более чем до 600 мг/сут.

Статистический анализ

В анализ включены только те пациенты, которые вошли в исследование и либо успешно завершили его, либо выбыли по причине неэффективности терапии. Тех больных, которые вошли в исследование, но выбыли из него из-за побочных эффектов терапии, по собственному желанию или с которыми была потеряна связь, в анализ не включали. Влияние такого отбора больных (intent-to-treat) на результаты анализа обсуждается в другой статье.25

Данные представлены в виде абсолютных значений либо в процентах. Для сравнения групп использовали критерий согласия Пирсона (χ2) и точный критерий Фишера для категориальных данных. Для оценки влияния исходной концентрации РНК HCV и БВО на развитие УВО использовали одно- и многомерный регрессионный анализ. Различия считали существенными при р < 0,05. Критерий р всегда был двусторонним. Анализ выполнен с использованием пакета программ SPSS, версия 11.0 (SPSS Inc., США).

Результаты

Всего в исследование вошло и получило хотя бы одну дозу исследуемых препаратов 389 больных. Основные клинические характеристики пациентов описаны в предыдущих публикациях.24

Среди вошедших в анализ УВО достигнут у 193 (49,6 %) больных: у 68 (35,6 %) из 191 с HCV генотипа 1, у 3(100 %)из 3 с НСV генотипа 2, у 107 (71,8 %) из 149 с HCV генотипа 3 и у 15 (32,6 %) из 46 с HCV генотипа 4.

Значительное число пациентов с HCV генотипов 1 и 4, вошедших в продленное исследование, досрочно выбыли из него, в основном, по собственному желанию. В итоге терапию в рамках продленного исследования завершило лишь 9 больных с HCV генотипа 1, 2 - с генотипом 2, 45 - с генотипом 3 и ни одного с HCV генотипа 4.

Анализ влияния исходной концентрации РНК HCV и БВО проведен у 331 больного, получившего лечение. Мы исключили из анализа 58 пациентов, прекративших терапию из-за побочных эффектов (33), по собственному желанию (13) или с которыми была потеряна связь (12). Поскольку в ходе исследования мы объединили группы с различными генотипами, больные с HCV генотипа 2 также были исключены из анализа - их было всего трое.

Наконец, 18 пациентов из продленного исследования, досрочно прекративших лечение, были включены в анализ короткого исследования (6 мес. терапии при генотипе 3 и 12 мес. - при генотипе 1).

Концентрация РНК HCV через 4 нед. терапии была исследована лишь у 210 из 328 больных, у остальных был недостаточный объем образца плазмы крови для проведения анализа.

HCV генотипа 1

У 117 (75 %) больных исходная концентрация РНК HCV была выше 500 000 МЕ/мл. БВО отмечен у 20 (25,6 %) из 78 пациентов. У больных с меньшей исходной концентрацией вирусной РНК быстрая элиминация вируса наблюдалась в 12 (57,1 %) из 21 случая (р < 0,01).

Среди участников, вошедших в анализ, стойкий ответ на терапию отмечался у 68 (43,5%) из 156 больных. Он достоверно чаще развивался у пациентов с исходной концентрацией РНК HCV < 500 000 МЕ/мл, чем у имевших более высокую концентрацию: 27 (69 %) из 39 против 41 (35 %) из 117 (р < 0,001) соответственно, а также у больных с БВО: 22 (69 %) из 23 против 20 (30 %) из 67 (р < 0,001) (рис. 1).

Быстрый вирусологический ответ - предиктор успешности терапии гепатита С

Рис. 1. Влияние исходной концентрации РНК HCV и раннего вирусологического ответа на терапию на развитие стойкого ответа в исследовании PRESCO.
Светлый фон - концентрация РНК HCV < 50 МЕ/мл через 4 нед. терапии.
Темный фон - концентрация РНК HCV > 50 МЕ/мл через 4 нед. терапии.

Для БВО прогностическая ценность положительного результата (достижение УВО) равнялась 100 % (12 из 12 больных) при исходно низкой концентрации PHK HCV и лишь 50 % (10 из 20 больных) - при высокой (р < 0,004). Прогностическая ценность отрицательного результата составила 70 %, исходная концентрация РНК HCV на нее не влияла (табл. 1).

Таблица 1. Прогностическая ценность раннего исчезновения РНК HCV из плазмы крови для стойкого ответа на терапию у больных гепатитом С на фоне ВИЧ-инфекции

Быстрый вирусологический ответ - предиктор успешности терапии гепатита С

Лишь 9 больных с HCV генотипа 1 завершили продленное исследование (18 мес.). Частота УВО не отличалась между пациентами, получавшими лечение в течение 18 или 12 мес. (67 против 42 %; р = 0,1).

Среди больных с генотипом 1 и исходно высокой концентрацией РНК HCV или отсутствием БВО стойкий ответ на терапию несколько чаще встречался у получавших терапию в течение 18, а не 12 мес., однако эти различия статистически незначимы (вероятно, из-за небольшого размера выборки): 57 против 33 % (р = 0,2) и 66 против 28 % (р = 0,2) соответственно.

Многофакторный регрессионный анализ показал, что среди таких факторов, как исходная концентрация РНК HCV, БВО и длительность терапии, лишь первые два были статистически значимо связаны с УВО. Связь между увеличенной длительностью терапии и УВО немного не достигла статистически значимого уровня (табл. 2).

Таблица 2. Предикторы стойкого ответа на терапию у HCV/ВИЧ-инфицированных пациентов (многофакторный анализ)

Быстрый вирусологический ответ - предиктор успешности терапии гепатита С

HCV генотипа 3

У 86 (63,7 %) больных исходная концентрация РНК НСV была выше 500 000 МЕ/мл. БВО достигнут у 41 (75,9 %) из 54 пациентов с исходно высокой концентрацией и у 33 (97,1 %) из 34 - с исходно низкой (р = 0,08).

Среди больных, вошедших в анализ, УВО достигнут у 107 (79,3 %) из 135. УВО чаще развивался у пациентов с исходной концентрацией ниже 500 000 МЕ/мл, чем у остальных [45 (92 %) из 49 против 62 (72 %) из 86 больных (р = 0,007)] и у больных с БВО [67 (90 %) из 74 против 8 (57 %) из 14 больных (р < 0,001)] (см. рис. 1).

Для БВО прогностическая ценность положительного результата (достижение УВО) равнялась 90 %, прогностическая ценность отрицательного результата - 43%. Исходная концентрация РНК HCV не оказывала значительного влияния на прогностическую ценность результатов у больных с HCV генотипа 3 (см. табл. 1).

90 пациентов получали лечение в течение 6 мес., 45 - в течение 12 мес. Частота ответа на терапию не различалась: 78 против 82 % (р = 0,5). УВО отмечался у 89 % (41 из 46) больных с БВО, получавших лечение 6 мес., и у 93 % (26 из 28) - в течение 12 мес. (р = 0,7). Среди участников без БВО устойчивый ответ на терапию был получен у 50 (4 из 8) и 67 % (4 из 6) больных, получавших лечение 6 и 12 мес. соответственно. Различия не были статистически значимыми (р = 0,6), что можно объяснить малым размером выборки.

Многофакторный регрессионный анализ показал, что у пациентов с HCV генотипа 3 только БВО (но не исходная концентрация РНК или длительность терапии 24 или 48 нед.) был связан с развитием УВО (см. табл. 2).

HCV генотипа 4

У 17 (45,9 %) больных исходная концентрация PHKHCV была выше 500 000 МЕ/мл. БВО достигнут у всех больных с HCV генотипа 4 (26,1 %) независимо от исходной концентрации РНК HCV (2 из 10 против 4 из 13 больных при концентрации РНК ниже или выше 500 000 МЕ/мл соответственно).

Среди всех вошедших в анализ УВО был достигнут у 15 (40,5 %) из 37 больных. В отличие от пациентов с HCV генотипов 1 и 3 при генотипе 4 исходная концентрация РНК HCV не влияла на развитие УВО: 8 (40 %) из 20 против 7 (41 %) из 17 больных с исходной концентрацией вирусной РНК ниже или выше 500 ООО МЕ/мл соответственно (р = 0,1).

Однако БВО был достоверно связан с УВО: 5 (83 %) из 6 os 5 (30 %) из 17 больных (р = 0,04) (см. рис. 1). Для БВО прогностическая ценность положительного результата (достижение УВО) равнялась 83,3%, прогностическая ценность отрицательного результата - 70,5 % (см. табл. 1).

Обсуждение

Исходная концентрация РНК HCV служит предиктором УВО на лечение пэгинтерфероном и рибавирином у больных хроническим гепатитом С как на фоне ВИЧ- инфекции, так и без нее.26,27  Исследование APRICOT показало, что как предиктор стойкого ответа на терапию она даже превосходила генотип HCV.12

Считается, что более высокая концентрация РНК HCV у пациентов с сопутствующей ВИЧ-инфекцией (в среднем на 1 lg), чем без нее, является основным фактором, связанным с худшим ответом на лечение у этих больных.28 И лишь недавно стало ясно, что ключевой фактор, связанный с ответом на терапию у больных хроническим гепатитом С независимо от генотипа, - раннее исчезновение вирусной РНК (через 4 нед. терапии).1 Более того, в зависимости от ранней элиминации вирусной РНК длительность терапии можно изменять, сокращая ее у больных, у которых через 4 нед. лечения виремия исчезла.1,29

Наше исследование показало, что эти принципы справедливы и для больных гепатитом С на фоне ВИЧ- инфекции. При этом важно, что исходная концентрация РНК гепатита С является независимым маркером стойкого ответа на терапию у больных с HCV генотипа 1. Для прочих генотипов факта наличия или отсутствия виремии через 4 нед. лечения достаточно для принятия решения о его длительности. Сходные результаты были получены и в двух недавних исследованиях, проведенных у больных с HCV генотипа 3.30,31

Хотя в большинстве предыдущих исследований считалось, что со стойким ответом на терапию связана исходная концентрация РНК HCV < 800 000 МЕ/ мл, PRESCO снизило этот порог до 500 000 МЕ/мл.24 Это согласуется с результатами исследований, проведенных у больных гепатитом С без ВИЧ-инфекции, получавших терапию пэгинтерфероном и рибавирином.32,33 Эти работы показали, что, по крайней мере, у больных с HCV генотипа 1 исходная концентрация РНК HCV < 400 000 МЕ/мл является наилучшим маркером стойкого ответа на терапию.

В нашем исследовании прогностическая ценность положительного результата (стойкий ответ на терапию) для раннего исчезновения РНК HCV была высокой во всех группах, кроме больных с HCV генотипа 1 и высокой исходной концентрацией РНК HCV. Для этих пациентов, которые, к сожалению, встречаются достаточно часто среди ВИЧ-инфицированных с гепатитом С,34 нужно искать другие подходы к терапии.

Показано, что у больных с HCV генотипа 1 без ВИЧ-инфекции, у которых через 4 нед. лечения виремия не исчезала, но отмечалось снижение концентрации РНК HCV > 2 lg к 12-й неделе, продление терапии до 72 нед. приводило к увеличению шансов на выздоровление.35,36 Попытки увеличить длительность терапии у больных с гепатитом С и ВИЧ-инфекцией наталкивались на плохую переносимость противовирусных препаратов большинством пациентов.24,37,38

При сравнении протоколов мы не нашли разницы в исходах между больными, инфицированными НСV генотипа 1, получавшими терапию 48 или 72 нед. Однако многофакторный анализ выявил тенденцию к более высокой частоте стойкого ответа на терапию у пациентов, получавших лечение в течение более длительного времени.

Чтобы понять, улучшает ли длительная терапия исходы у больных с HCV генотипа 1 на фоне ВИЧ-инфекции с замедленным ответом на лечение, требуются специальные исследования. Кроме того, нужно принимать специальные меры, чтобы пациенты, получающие терапию в течение длительного времени, не прерывали ее.

Хотя больным, инфицированным HCV генотипа 3 на фоне ВИЧ-инфекции, рекомендуется лечение в течение 12 мес.,21,22 недавние исследования показали, что терапию можно сократить до 6 мес., по крайней мере, в случае раннего исчезновения РНК HCV.30,31

Показано, что у больных гепатитом С без ВИЧ-инфекции достаточно даже 12-16 нед. терапии.7-9

Нужно подчеркнуть, что во всех упомянутых выше исследованиях доза рибавирина рассчитывалась, исходя из массы тела больного. В PRESCO у пациентов с HCV генотипа 3 доза рибавирина также рассчитывалась, исходя из массы тела больного, поэтому наши выводы о том, что продление терапии с 24 до 48 нед. у этих пациентов не увеличит эффективность терапии, применимы только в ситуации, когда доза рибавирина была рассчитана, исходя из массы тела больного, и имелось раннее исчезновение виремии.

Как показано в двух предыдущих исследованиях, использование фиксированной дозы рибавирина (800 мг/сут) сопровождалось высокой частотой рецидивов.19,20

В отличие от больных с HCV генотипа 1 при генотипе 3 исходная концентрация РНК HCV не оказывала влияния на исход терапии. В нашем исследовании прогностическая ценность положительного результата (стойкий ответ на терапию) для раннего исчезновения вирусной РНК составила 90%, а продление лечения более 48 нед. не увеличивало его эффективность.

Вероятно, что выводы, полученные в отношении пациентов с HCV генотипа 3, можно распространить и на генотип 2, поскольку больные с этим генотипом отвечают на противовирусную терапию еще лучше, чем имеющие HCV генотипа 3. К сожалению, это лишь предположение, которое мы не смогли проверить, т. к. в исследование PRESCO вошло лишь 3 больных с HCV генотипа 2.

У небольшой подгруппы больных, инфицированных HCV генотипа 3, имелась сравнительно низкая вероятность стойкого ответа на терапию (57 %). Важно подчеркнуть, что вероятность ответа на лечение не зависела от исходной концентрации РНК HCV или его длительности, поэтому для таких пациентов требуются новые подходы к терапии.

 Хотя большинство новых препаратов нацелено преимущественно против наиболее трудно поддающегося лечению HCV генотипа 1, ряд новых ингибиторов полимеразы HCV обладает активностью против вируса генотипа 3, что подает надежду для этих больных, инфицированных вирусом этого генотипа и устойчивых к стандартной терапии.

Наконец, как показало наше исследование, стойкий ответ на терапию у больных с HCV генотипа 4 определялся ранним исчезновением виремии и не зависел от исходной концентрации РНК HCV. Однако нужно с осторожностью относиться к этим данным, поскольку они были получены на сравнительно небольшом числе пациентов.

Как и для больных с HCV генотипа 1, при генотипе 4 прогностическая ценность отрицательного результата (стойкий ответ на терапию) для раннего исчезновения РНК HCV была относительно низка. Это означает, что приблизительно у 1/3 больных с HCV генотипа 4 развился стойкий ответ на терапию, несмотря на то что спустя 4 нед. после начала лечения у них не исчезла виремия.

Это еще более выражено у больных с HCV генотипа 3, у которых прогностическая ценность отрицательного результата (стойкий ответ на терапию) для раннего исчезновения РНК HCV составила 43 %. Иными словами, более чем у 50 % этих больных излечение наступило, несмотря на отсутствие ранней элиминации вируса через 4 нед после начала терапии.

Это исследование показало, что так же, как у пациентов без ВИЧ-инфекции, у больных гепатитом С на фоне ВИЧ-инфекции решение о прекращении лечения должно основываться на результатах, полученных после 12 нед. терапии, и не должно смещаться на более ранние сроки.1,27,37

Благодарности

Ниже перечислены члены исследовательской группы PRESCO (в алфавитном порядке):

Aguirrebengoa К, Бильбао; Alcocer F, Валенсия; Alvarez Н, Ферроль; Arazo Р, Сарагоса; Arrobas I, Бадахос; Asensi V, Овьедо; Barbera JR, Алькасар-де-Сан-Хуан; Barreiro Р, Мадрид; Berdun MA, Уэска; Bonet L, Пальма- де-Мальорка; Cadafalch J, Барселона; Cervantes М, Сабадель; CorderoM, Саламанка; Echeverria S, Сантандер; Farina С, Сантандер; Fernandez-Pelaez JM, Мансанарес; Galindo MJ, Валенсия; Garcia-Samaniego J, Мадрид; Gonzalez M, Малага; Guardiola JM, Барселона; Hernandez-Burruezo JJ, Хаэн; Jimenez-Nacher I, Мадрид; Lopez Serrano P, Мадрид; Losada E, Сантьяго; Marino А, Ферроль; Martin-Carbonero L, Мадрид; Miralles С, Виго; Nunez M, Мадрид; Ocampo А, Виго; Portu J, Витория; Prieto А, Сантьяго; Ramos В, Мадрид; Rodriguez de Castro E, Менорка; Romero M, Мадрид; Samperiz А, Тудела; Sanchez F, Kacepec; San Joaquin I, Сарагоса; Santos I, Мадрид; Sepulveda MA, Толедо; Sola J, Памплона; Soriano V, Мадрид.

Финансовая поддержка. Это исследование получало финансовую поддержку от Исследовательского и образовательного фонда борьбы со СПИДом, Фонда Lain Entralgo, Испанской сети исследований в области СПИДа (грант RIS, ISCIII-RETIC RD06) и Европейской сети по контролю за устойчивостью к противовирусным препаратам (грант LSHM-CT-2004-503359).

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Литература

  1. Davis G. Tailoring antiviral therapy in hepatitis C. Hepatology 2006; 43:909-911.
  2. National Institutes of Health. Consensus Development Conference Statement: Management of hepatitis C. Hepatology 2002; 36:3-20.
  3. Hadzyannis S, Sette H, Morgan T, et al. Peginterferon alpha-2a and ribavirin combination therapy in chronic hepatitis C: a randomized study of treatment duration and ribavirin dose. Ann Intern Med 2004; 140:346-355.
  4. Ferenci P, Fried M, Shiffman M, et al. Predicting sustained virological responses in chronic hepatitis С patients treated with peginterferon alfa-2a/ribavirin. ] Hepatol 2005; 43:425-433.
  5. Zeuzem S, Buti M, Ferenci P, et al. Efficacy of 24 weeks treatment with peginterferon alfa-2b plus ribavirin in patients with chronic hepatitis С infected with genotype 1 and low pretreatment viremia. J Hepatol 2006; 44:97-103.
  6. Jensen D, Morgan T, Marcellin P, et al. Early identification of HCV genotype 1 patients responding to 24 weeks peginterferon alpha-2a (40kD)/ribavirin therapy. Hepatology 2006; 43:954-960.
  7. Dalgard O, Bjoro K, Helium K, et al. Treatment with pegylated interferon and ribavirin in HCV infection with genotype 2 or 3 for 14 weeks: a pilot study. Hepatology 2004; 40:1260-1265.
  8. Von Wagner M, Huber M, Berg T, et al. Peginterferon alfa-2b and ribavirin for 12 vs 24 weeks in HCV genotype 2 or 3 chronic hepatitis C. Gastroenterology 2005; 129:522-527.
  9. Mangia A, Santoro R, Minerva N, et al. Peginterferon alfa-2b and ribavirin for 12 vs 24 weeks in HCV genotype 2 or 3. N Engl J Med 2005; 352:2609-2617.
  10. Rockstroh J, Mocroft A, Soriano V, et al. Influence of hepatitis С virus infection on HIV-1 disease progression and response to highly active antiretroviral therapy. J Infect Dis 2005; 192:992-1002.
  11. Perez-OlmedaM, Nunez M, Romero M, etal. Pegylated IFN-alpha2b plus ribavirin as therapy for chronic hepatitis С in HIV-infected patients. AIDS 2003; 2:1023-1028.
  12. Torriani F, Rodriguez-Torres M, RockstrohJ, et al. Peginterferon alfa- 2a plus ribavirin for chronic hepatitis С virus infection in HlV-infected patients. N Engl J Med 2004; 351:438-450.
  13. Carrat F, Bani-Sadr F, Pol S, et al. Pegylated interferon alfa-2b vs standard interferon alfa-2b, plus ribavirin, for chronic hepatitis С in HIV- infected patients. JAMA 2004; 292:2839-2848.
  14. Chung R, Andersen J, Volberding P, et al. Peginterferon Alfa-2a plus ribavirin versus interferon alfa-2a plus ribavirin for chronic hepatitis С in HIV-coinfected persons. N Engl J Med 2004; 351:451-459.
  15. Laguno M, Murillas J, Blanco JL, et al. Peginterferon alfa-2b plus ribavirin compared with interferon alfa-2b plus ribavirin for treatment of HIV/ HCV co-infected patients. AIDS 2004; 18:F27-F36.
  16. Moreno A, Barcena R, Garcia-Garzon S, et al. Viral kinetics and early prediction of nonresponse to peg-IFN-alpha-3b plus ribavirin in HCV genotypes 1/4 according to HIV serostatus. J Viral Hepat 2006; 13:466-473.
  17. Ballesteros A, Fuster D, Planas R, Clotet B, Tural C. Role of viral kinetics under HCV therapy in HIV/HCV-coinfected patients. J Anti- microb Chemother 2005; 6:824-827.
  18. Santin M, Shaw E, Garcia M, et al. Efficacy and safety of pegylated interferon alpha-2b plus ribavirin for the treatment of chronic hepatitis С in HIV-infected patients. AIDS Res Hum Retroviruses 2006; 22:315-320.
  19. Soriano V, Perez-Olmeda M, Rios P, et al. Hepatitis С virus (HCV) relapses after anti-HCV therapy are more frequent in HIV-infected patients. AIDS Res Hum Retroviruses 2004; 20:351-353.
  20. Voigt E, Schulz С, Klausen G, et al. Pegylated interferon alpha-2b plus ribavirin for the treatment of chronic hepatitis С in HIV coinfected patients. J Infect 2005; 51:245-249.
  21. Soriano V, Puoti M, Sulkowski M, et al. Care of patients with hepatitis С and HIV co-infection. Updated recommendations from the HIV- HCV International Panel. AIDS 2004; 18:1-12.
  22. Alberti A, Clumeck N, Collins S, et al. Short Statement of the First European Consensus Conference on the treatment of chronic hepatitis В and С in HIV co-infected patients. J Hepatol 2005; 42:615-624.
  23. Cargnel A, Angeli E, Mainini A, et al. Open, randomized, multicentre Italian trial on PEG-IFN plus ribavirin versus PEG-IFN monotherapy for chronic hepatitis С in HIV-coinfected patients on HAART. Antivir Ther 2005; 10:309-317.
  24. Nunez M, Miralles C, Berdun MA, et al. Role of weight-based ribavirin dosing and extended duration of therapy in the treatment of chronic hepatitis С in HIV-infected patients: the PRESCO Trial. AIDS Res Human Retroviruses 2007; 23:972-982.
  25. Soriano V, Miralles C, Berdun MA, et al. Frequency and causes of premature treatment discontinuation in HIV/HCV-coinfected patients receiving pegylated interferon alpha-2a plus weight-based ribavirin. Antivir Ther, 2007; In press.
  26. Zeuzem S. Heterogeneous virologic response rates to interferon- based therapy in patients with chronic hepatitis C: who responds less well? Ann Intern Med 2004; 140:370-381.
  27. Soriano V, Puoti M, Sulkowski M, et al. Care of patients coinfected with HIV and hepatitis С virus: 2007 updated recommendations from the HCV-HIV International Panel. AIDS 2007; 21:1073-1089.
  28. Sherman K, Shire N, Rouster S, et al. Viral kinetics in hepatitis С or hepatitis C/HIV-infected patients. Gastroenterology 2005; 128:313- 327.
  29. Martinez-Bauer E, Crespo J, Romero-Gomez M, et al. Development and validation of two models for early prediction of response to therapy in genotype 1 chronic hepatitis C. Hepatology 2006; 43:72-80.
  30. Crespo M, Esteban JI, Ribera E, et al. Utility of week-4 viral response to tailor treatment duration in hepatitis С virus genotype 3/HIV coinfected patients. AIDS 2007; 21:477-481.
  31. Hopkins S, Lambourne ], Farrell G, et al. Role of individualization of HCV therapy duration in HIV/HCV-coinfected individuals. HIV Med 2006; 7:248-254.
  32. Zeuzem S, Fried M, Reddy K, et al. Improving the clinical relevance of pretreatment viral load as a predictor of sustained virological response in patients infected with hepatitis С genotype 1 treated with peginterferon alfa-2a plus ribavirin. In: 57th Annual Meeting of the American Association for the Study of Liver Diseases. Boston, MA; 27-31 October 2006; Abstract 209.
  33. Berg T, Von Wagner M, Hinrichsen H, et al. Definition of a pretreatment viral load cut-off for an optimized prediction of treatment outcome in patients with genotype 1 infection receiving either 48 or 72 weeks of peginterferon alfa-2a plus ribavirin. In: 57th Annual Meeting of the American Association for the Study of Liver Diseases. Boston, MA; 27-31 October 2006; Abstract 350.
  34. Soriano V, Barreiro P, Nunez M. Management of chronic hepatitis В and С in HIV-coinfected patients. ] Antimicrob Chemother 2006; 57:815-818.
  35. Sanchez-Tapias J, Diago M, Escartin P, et al. Peginterferon-alfa 2a plus ribavirin for 48 versus 72 weeks in patients with detectable hepatitis С virus RNA at week 4 of treatment. Gastroenterology 2006; 131:451-460.
  36. Berg T, Von Wagner M, Nasser S, et al. Extended treatment duration for hepatitis С virus type 1: comparing 48 versus 72 weeks of peginterferon-alfa-2a plus ribavirin. Gastroenterology 2006; 130:1086-1097.
  37. Uriel A, Moorehead L, Carriero D, Sulkowski M, Dieterich D. The Hepatitis Resource Network Clinical Trials Group. A multicenter, randomized trial of 48 vs 72 weeks of peg-interferon-a2b + ribavirin in HIV/HCV co-infected subjects: longer therapy does not correlate with improved sustained virological response. In: 13th Conference on Retroviruses and Opportunistic Infections. Denver, CO; 5-8 February 2006; Abstract 854.
  38. Fontana R. Optimizing outcomes in hepatitis C: is treatment beyond 48 weeks ever justified? Gastroenterology 2006; 130:1357- 1362.




 

Реклама:
За быстрой помощью лучше обращаться в платную дерматологию.